Губерниев не согласен с Овечкиным: «Что мы, помойка что ли какая‑то? Я бы такого человека на работу не приглашал».
Известный спортивный комментатор и телеведущий Дмитрий Губерниев, ныне занимающий должность советника министра спорта России Михаила Дегтярева, резко высказался о назначении нового главного тренера в Континентальной хоккейной лиге.
В субботу, 17 января, главным тренером клуба КХЛ «Шанхай Дрэгонс» был утвержден 41‑летний канадский специалист Митч Лав. До этого он с 2023 года входил в тренерский штаб «Вашингтон Кэпиталз», выступая в роли помощника главного тренера. Однако осенью 2025 года его карьера в НХЛ завершилась скандалом: сначала в сентябре его отстранили от работы, а уже в октябре освободили от должности по итогам внутреннего расследования, связанного с обвинениями в домашнем насилии.
По информации, появлявшейся ранее, руководство «Шанхая» перед тем, как утвердить Лава, консультировалось с нападающим «Вашингтон Кэпиталз» Александром Овечкиным. Российский форвард, по данным СМИ, высказался однозначно: если есть возможность пригласить такого специалиста, ей нельзя пренебрегать.
На этом фоне у Губерниева поинтересовались, насколько подобное назначение может ударить по репутации КХЛ и по отношению к лиге в глазах болельщиков и партнеров.
«Насколько сильно приглашение тренера, который был обвинен в домашнем насилии, бьет по имиджу КХЛ?» — прозвучал вопрос в адрес телеведущего.
Губерниев ответил максимально жестко и недвусмысленно.
«Об этом, в первую очередь, нужно спрашивать владельцев клуба. Я бы такого человека, разумеется, не позвал, — заявил он. — Что мы, помойка, что ли, какая‑то? Каждый раз, когда у нас появляются сомнительные персонажи, имевшие проблемы с законом, это вызывает вопросы. С учетом его бэкграунда история выглядит, мягко говоря, странно. Я бы такого человека на работу не приглашал. Но в данном случае все риски берет на себя команда и руководство клуба. Если они видят ситуацию именно так — пожалуйста. Своя рука — владыка».
По сути, Губерниев подчеркивает, что формально клуб имеет полное право принимать подобные кадровые решения, но морально-этическая сторона этого шага вызывает у него категорическое неприятие. Для него ключевым остается не только профессиональный уровень специалиста, но и его репутация за пределами площадки.
Назначение Лава уже стало поводом для дискуссий вокруг того, где проходит граница между спортивным прагматизмом и этикой. Одни считают, что тренер, не получивший судебного приговора, имеет право на продолжение карьеры и «второй шанс». Другие уверены: в профессиональном спорте, особенно на уровне крупных лиг, любая тень, связанная с насилием или нарушением закона, должна закрывать дорогу к подобным должностям, по крайней мере на длительное время.
Ситуацию усиливает тот факт, что в истории Лава речь идет не просто о бытовом конфликте, а об обвинениях в домашнем насилии — теме, которая в мировом спорте уже давно находится под пристальным вниманием. Лиги в разных странах вынуждены учитывать общественную реакцию и корпоративную ответственность, иначе репутационные потери могут оказаться серьезнее возможных спортивных дивидендов.
Отдельный резонанс создает и упоминание Александра Овечкина в контексте этого назначения. Когда один из самых известных российских хоккеистов, лицо НХЛ для миллионов болельщиков, якобы одобряет приглашение специалиста с подобным прошлым, это не может не вызывать споров. Для части аудитории мнение звезды выглядит попыткой отделить спортивные качества тренера от его личной истории, для другой — как игнорирование моральной составляющей.
Губерниев, напротив, говорит именно о необходимости учитывать репутационный аспект. Его фраза «что мы, помойка что ли какая‑то?» направлена не только против конкретного специалиста, но и против практики, при которой клубы готовы закрывать глаза на спорные эпизоды в биографии тренеров и игроков ради сиюминутной выгоды. По его логике, КХЛ как лига, стремящаяся к статусу серьезного, уважаемого бренда, не должна ассоциироваться с людьми, которых преследуют подобные обвинения.
В профессиональном спорте давно идет спор о том, насколько сильно прошлые проступки должны влиять на карьеру. Есть позиция, согласно которой, если человек не осужден судом или формально «чист перед законом», ему нельзя навсегда закрывать дорогу в профессию. Но есть и другая точка зрения: даже без судебного приговора информация об обвинениях, внутреннем расследовании и последующем увольнении — серьезный сигнал. Для публичных фигур этого уровня сам факт скандала уже становится фактором, который необходимо учитывать.
Важно и то, что КХЛ позиционирует себя как международную лигу, работающую по высоким стандартам. Приглашение тренера, вокруг имени которого есть столь серьезный шлейф, может вызвать вопросы не только у российских болельщиков, но и у зарубежной аудитории, а также у потенциальных партнеров и спонсоров. В условиях, когда спорт все чаще оценивают не только по игре, но и по ценностям, такие решения могут повлиять на привлекательность лиги.
Еще один аспект — реакция игроков внутри команды. Для части хоккеистов наличие тренера с подобной репутацией может стать фактором давления или недоверия, особенно если в коллективе есть люди, чувствительно относящиеся к теме насилия и личной безопасности. Руководство клуба, принимая такое решение, берёт на себя ответственность не только за имидж, но и за атмосферу в раздевалке.
Губерниев, говоря «своя рука — владыка», фактически признает суверенное право клуба распоряжаться своими кадровыми вопросами, но в то же время дистанцируется от этого выбора, подчеркивая, что лично он поступил бы иначе. Для него важно обозначить собственную позицию: даже если формально все законно, с моральной точки зрения подобное приглашение для него неприемлемо.
Эта история становится частью более широкой дискуссии о том, каким должен быть современный тренер в топовой лиге. От него ждут не только тактических знаний и умения работать с игроками, но и безупречной репутации, способности быть примером, в том числе для молодежи. Любые эпизоды, связанные с насилием или агрессией вне спорта, вступают в прямое противоречие с этим образом.
Не менее важно, как клуб объяснит свое решение болельщикам. Если руководство ограничится формулировкой «профессиональные качества превыше всего», оно рискует столкнуться с непониманием части аудитории. Современный болельщик все чаще оценивает не только спорт, но и ценностную позицию клуба: кого он приглашает, какие принципы декларирует и насколько последовательно им следует.
В результате назначение Митча Лава в «Шанхай Дрэгонс» выходит далеко за рамки обычной тренерской перестановки. Это тест на то, насколько КХЛ и отдельные клубы готовы учитывать не только спортивный, но и этический контекст, а также на то, как российские спортивные звезды — такие, как Овечкин, — видят баланс между успехом на льду и моральной ответственностью.
На этом фоне позиция Губерниева звучит как призыв к более жестким стандартам в вопросах репутации тренеров и игроков. По его словам и интонации ясно, что для него профессионализм не может полностью компенсировать сомнительное прошлое, а попытки «закрыть глаза» на неприятные факты ради результата он воспринимает как путь к тому, чтобы спорт превратился в «помойку», куда готовы брать любого, если тот обещает победы.